Ятвяжский язык семья балтийская группа

Ятвяжский язык

Балто-славянская ветвь Западнобалтийская группаЯзыковые кодыISO 639-1—ISO 639-2—ISO 639-3xsvIETFxsvСм. также: Проект:Лингвистика

Ятвяжский язык — язык балтийского племени ятвягов, или судавов (судинов), один из балтийских языков. Не путать со славянским «ятвяжским» микроязыком. Выделяются два ареала, названия которых послужили основой для двух рядов названий всего языка в разных языках: для немцев и литовцев ближе был судавский, для поляков и восточных славян — ятвяжский.

Содержание

О названии

Территория

В XIII веке ятвяжский язык был распространен в основном на территории к востоку от Надровии, Галиндии и Северной Мазовии, к югу от современного города Мариямполе, к западу от города Волковыск и к северо-востоку от среднего течения Буга.

Диалекты

История языка

Первое упоминание о ятвягах относится ко II веку н. э. Сделано оно было Птолемеем (География, III, 9), который среди прочих балтийских племён назвал и судавов (др.-греч. Σουδινοί ).

В Ипатьевской летописи встречаются следующие имена ятвяжских князей и старейшин:

После заключения Торуньского договора (1411) ятвяжские земли вошли в состав Литвы и стали заселяться литовцами, мазурами, белорусами и возвращающимися на родину ятвягами.

Ян Длугош в «Хронике славного Польского Королевства « (1455-1480) записал:

«Литовцы, жемайты и ятвяги, хотя различаются названиями и разделены на множество семей, однако были одним племенем, происходящим из римлян и итальянцев. Язык у них латинский, отличающийся лишь незначительными различиями, так как он, вследствие общения с соседними племенами, уже склонился к свойствам русских слов».

Библиандр Теодор (1548) пишет про разделение литовского языка на 4 ветви: 1) ятвяжскую (немногочисленные жители обитают возле Дрогичинского замка); 2) литовско-жемайтскую; 3) прусскую; 4) лотвяно-лотыгольскую (обитающие в Ливонии вдоль реки Двины и возле Риги). Все они понимают друг друга, кроме куршей.

Известный белорусский путешественник и писатель XIX века Павел Шпилевский в своих очерках под названием «Путешествие по Полесью и Белорусскому краю» про ятвягов в Беловежской пуще написал следующее:

Фонетика и фонология

Источник

Ятвяжский язык

jātviun/sūdaviun bilā, Sūdaviskas

См. также: Проект:Лингвистика

Ятвяжский язык (судавский, судинский, йотвингский; лит. jotvingių kalba ; польск. jaćwieski ) — язык балтийского племени ятвягов, или судавов (судинов), один из балтийских языков. Не путать со славянским ятвяжским микроязыком. Выделяются два ареала, названия которых послужили основой для двух рядов названий всего языка в разных языках: для немцев и литовцев ближе был судавский, для поляков и восточных славян — ятвяжский.

Содержание

Территория

В XIII веке ятвяжский язык был распространен в основном на территории к востоку от Надровии, Галиндии и Северной Мазовии, к югу от современного города Мариямполе, к западу от города Волковыск и к северо-востоку от среднего течения Буга. О границах ятвяжского этнического ареала спорят до сих пор, но во всяком случае в историческое время ядро ятвяжской территории находилось между Мазурскими озерами, течением Немана от впадения Свислочи до впадения Меречи и рекой Нарев.

Имеющиеся данные

Ятвяжский язык был бесписьменным, и до самого недавнего времени о нем можно было судить по небольшому количеству разрозненных и более или менее случайных фактов. К их числу нужно отнести несколько десятков топонимов, гидронимов и личных имен, зафиксированных в связи с несомненно ятвяжской территорией. В последние десятилетия к этим примерам прибавились некоторые дополнительные данные, касающиеся «ятвингизмов» на территории Литвы, Белоруссии, Польши, возможно, даже Украины вне непосредственного ятвяжского ареала. В качестве источника сведений о некоторых особенностях ятвяжского языка — прежде всего его фонетики и словаря — может рассматриваться определенная часть лексики тех современных литовских и славянских говоров, которые выступают в качестве суперстрата по отношению к вымершей ятвяжской речи. Среди фонетических особенностей ятвяжского языка надо отметить переход t’ > k’, d’ > g’, депалатализация š’, ž’, č’, ǯ’, s’, z’, r’, l’ и частично p’, b’, v’, m’, переход š > s, ž > z, как в прусском, куршском, латышском, земгальском и селонском и в отличие от литовского; сохранение дифтонга ei в случаях, где в литовском и латышском выступает «ie», не говоря о некоторых словообразовательных, морфологических и лексических особенностях.

Счастливым исключением следует считать запись шести фраз на ятвяжском языке (говор «Судавского угла»), сделанную в середине XVI в. и включенную Иеронимом Малетиусом (Малэцким) в его «Описание судавов». Эти фразы коротки и иногда содержат повторы: trencke trencke ‛стукни! стукни!’, Kelleweſze perioth Kelleweſze perioth ‛возчик приехал, возчик приехал’. Это единственные тексты на ятвяжском языке; из них извлекается некоторая грамматическая информация, увеличивается число известных лексем, становятся известными отдельные выражения типа формул, относящиеся к сфере ритуала или этикета. Ср.: Ocho moy myle ſchwante panicke ‛О мой милый святой огонек!’; две здравицы: Kaileſs noussen gingis ‛Будь здоров, наш товарищ!’ и Kayles poſkayles enis perandros ‛Здравствуй, по-здравствуй, один через другого!’; «отсылка» чертей — Geygey begeyte pockolle ‛Бегите, бегите, черти!’.

Данные Наревского словарика

Наиболее значительный и ценный памятник ятвяжской речи — рукописный польско-ятвяжский словарик «Pogańskie gwary z Narewu» (то есть ‛Языческие говоры по Нареву’), обнаруженный в 1978 г. в северной части Беловежской пущи, переписанный в тетрадь и утерянный, но опубликованный по переписанному варианту в 1984 г. З. Зинкявичюсом. Словарик содержит немногим более 200 слов. Есть все основания думать, что балтийская часть словаря является, действительно, ятвяжской (или во всяком случае в основном ятвяжской). В словарике содержится значительное количество диагностически важных лексем, некоторые из них открывают важные черты быта и культуры ятвягов: guti ‛крестоносцы’, drygi ‛москали’, Naura ‛Нарев’, Pjarkuſ ‛Перкунас’, łaume, женское божество, tuołi ‛черт’, aucima ‛деревня’, pesi ‛скот’, taud ‛народ’, wałtida ‛здоровье’, ward ‛слово’, weda ‛дорога’, wułks ‛волк’ и т. п. В словарике значительное число 1) глаголов: ajgd ‛кончить’, augd ‛возрастать’, dainid ‛петь’, dodi ‛давать’, degt ‛жечь’, emt ‛брать’, gemd ‛рождать’, gindi ‛знать’, giwatti ‛жить’, gułd ‛лежать’, hirdet ‛слушать’, łaud ‛ждать’, łaudt ‛плавать’, mact ‛смотреть’, miłdat ‛любить’, mort ‛умирать’, narſad ‛бросать’, piaud ‛резать’, pramind ‛помнить’, pratat ‛думать’, radid ‛работать’, ſibd ‛искать’, ſid ‛сидеть’, ſkraid ‛бегать’, ſłaubd ‛спать’, ſłibd ‛прятать’, taurit ‛говорить’, terd ‛пить’, tibt ‛доверить’, turd ‛иметь’, wajrid ‛плакать’, wikruoti ‛жить’, wułd ‛хотеть’, zurdit ‛видеть’ и др.; 2) местоимений: aſ ‛я’, tu ‛ты’, eſ ‛он’, man ‛мне’, mano ‛мое’, m…tar ‛наш’, patſ, pati ‛сам’, ‛сама’, taſ ‛этот’, kit ‛кто’, wiſa ‛все’; 3) числительных: duo ‛два’, triſ ‛три’, teter ‛четыре’, pank ‛пять’, sziasz ‛шесть’, geptiſ ‛семь’, aktiſ ‛восемь’, cit ‛второй’, ср. andar ‛другой’ (из нем. ander) и др. Материал словарика позволяет говорить о ряде фонетических особенностей: сохранение балт. *ā; отсутствие смешения балт. *ā и *ō; непоследовательные рефлексы балт. *ei; переход i > e; s вм. š; z вм. ž; палатализация k > c и др.; а также о некоторых чертах морфологии: так, кроме инфинитивов засвидетельствовано несколько других глагольных форм, среди которых особенно интересна форма 1-го лица единственного числа настоящего времени irm ‛есмь’ Ссылки

Источник

О том, что когда-то, до сложения восточнославянских народностей — русских, белорусов и украинцев, на территории нынешней Белоруссии и смежных районов России жили носители балтийских языков, свидетельствуют названия местных рек и речек. В большинстве своем они являются по происхождению балтийскими: сменив с течением времени язык, потомки древнего населения оставались жить на земле предков, сохраняя, в частности, и древние местные географические названия. Собственно, субстратом белоруссов были ятвяги.

Разделы страницы о западнобалтской (периферийной балтской) языковой группе и прутенистике:

На эту страницу имеется ссылка в статье Википедии о прусском языке.

В прусском языке было 2 диалекта: самландский (замландский) и помезанский (памедианский). Иногда к диалектам прусского языка относят и ятвяжский язык [тогда вышеназванные 2 диалекта лучше называть прусскими наречиями].

Прусский язык представлен следующими памятниками:

К моменту создания упомянутых памятников прусский язык уже вытеснялся немецким: уменьшалась территория его распространения и сфера употребления. Немецкий, а ранее польский сильно повлияли на прусский. В частности, постепенно упрощалась грамматическая система (например, сокращалось количество падежей), заимствованная лексика частично вытеснила исконную. Однако имеющихся скудных свидетельств о прусском языке недостаточно для корректных выводов о состоянии этого языка в 16 в. Невозможно разграничить реальную деградацию прусского языка 16 в. и деградацию языка имеющихся в распоряжении памятников из-за их перевода. Авторы-составители этих текстов могли недостаточно владеть прусским или, наоборот, немецким языком. Невозможно решить, что в этих текстах передает фонетический строй прусского языка, а что является орфографической условностью: ясно, что приспособление немецкой орфографии к прусской фонетике шло непросто и потому было непоследовательным; возможно также, что часть текстов записана немецкоговорящими людьми, воспринимавшими прусскую фонетику через призму немецкой звуковой системы. (Из Лингвофорума)

История эстиев и пруссов

Появление пруссов на исторической арене исследователи относят, как правило, к середине I тысячелетия н.э. До этого периода в Самбии и Натангии (нынешняя Калининградская область) была распространена т.н. культура эстиев – как считается, балтоязычного народа. Однако археология отмечает сильное кельтское влияние на местное население, послужившее чуть ли не основой формирования указанной культуры (Кулаков 1996: 39).

C III в. на земли эстиев начинают проникать представители чужеродного для западнобалтского мира народа, несшие с собой собственные элементы культуры и традиции. По словам одного из ведущих специалистов по истории Пруссии, д.и.н. В.И. Кулакова, их «приход… был позитивен для местного общества» и «именно эти события послужили причиной прекращения культуры эстиев и заложили основу культуры пруссов» (Кулаков 1996: 42). Возникновение таких явлений, как прусская дружина и прусское жречество также напрямую связано с появлением новых этнических элементов на Янтарном берегу [готов?].

По имеющимся свидетельствам, граница распространения прусского языка в момент его письменной фиксации проходила на западе по р. Висле, на востоке (согласно Р.Траутману, который, однако, опирался не на реальное состояние, а на топонимы) в районе немецких городов Лабиау (ныне Полесск) и Велау (ныне Знаменск); южная часть этой границы не очень ясна, границей на севере было Балтийское море. В I тыс. н.э. область распространения прусского языка, по-видимому, была обширнее [вот здесь, как раз, будет по Траутману]. В течение 17 в. прусский язык окончательно вымирает. Имеются свидетельства о том, что последний носитель прусского языка умер в 1677.

Ресурсы по прусскому языкознанию

Прусские словари

Словари (в том числе PDF-документы для скачивания), а также обзор словообразовательных суффиксов прусского языка вы можете посмотреть на дочернем сайте «Лексиконы» в разделе прусского языка. Там будут также обзоры по лексике и обобщённый прусский словарь.

Библиография по прусскому языкознанию

Ятвяжский язык (диалект прусского)

Основные занятия — земледелие, молочное животноводство, пчеловодство. Земли ятвягов подвергались неоднократным нападениям со стороны древнерусских князей (например, Ярослава Мудрого). В XII веке часть их земель была подчинена Галицко-Волынскому княжеству и Мазовии. В 1422 вся Судовия вошла в состав Великого княжества Литовского. Бесписьменный язык ятвягов принадлежал к балтской группе индоевропейской языковой семьи.

Ятвяги участвовали в этногенезе белорусской, польской и литовской наций [прусско-литовское наречие?]. (Из Википедии)

Ятвяжский язык иногда считают диалектом прусского, но на самом деле это переходный диалект от прусского к литовскому, о чём можете убедиться, исследовав его словарный фонд.

Источник

Ятвяжское Возрождение и Западнополесский (ятвяжский) язык

Ятвяжское возрождение и период создания литературного стандарта западнополесского / ятвяжского языка выпало на времена советского смягчения, когда слово плюрализм перестало быть только ругательным.

Ятвяжский / западнополесский регион СССР (юго-запад БССР и северо-запад УССР) с его уникальным наречием, с его парадоксальной историей и с оригинальной культурой в силу советского однообразия и марксистско-ленинской зашоренности игнорировался и русскими – культурой, историей и языком, и белорусскими, и украинскими. В то же время среди выходцев и уроженцев Етвязи / Западного Полесья оказалось достаточно много образованных и амбициозных поэтов, историков, лингвистов, этнографов. которых осмелюсь назвать тогдашней творческой элитой «незамечаемого» региона.

А замечать на Етвязи было что! Демократизация, которая началась в 80-е годы в СССР, сделала представителей ятвяжской творческой элиты смелыми в показывании себе и миру оригинальных особенностей родного края, среди которых и хорошо сохранившийся региональный вариант руського (от Русь!) языка, и религиозное своеобразие – когда один человек и почитал ведизм (веру в Перуна), и соблюдал отдельные правила идиш-иудаизма*, и посещал с почтением церковь. К оригинальным особенностям края следует отнести и хорошую сохранность народной культуры, и невероятные факты истории региона времен и Ятвяжской Руси, и Руськой Литвы…

Коль уж волей Судьбы мне досталась роль и инициатора Ятвяжского возрождения, и основного автора литературного варианта ятвяжского / западнополесского языка, то позволю объяснить мотивацию своих действий.

Во-первых, они были обусловлены моим воспитанием и образованием в семье и школе. Мой дед Стёпа (по линии отца) был уникальным человеком, обладающим ясным видением и глубоким пониманием, что в восточной традиции называется – пробуждённым! Он знал историю своего рода, начиная с тирольского предка Фрича ван Шеленга, которого судьба забросила в наши края во времена наполеоновской компании 1812 года и свела с моей прапрабабушкой из местного знатного польского рода. Дед Стёпа хорошо знал творчество Л.Н.Толстого, много помнил латинских изречений и древнегреческих литературных текстов, цитировал и польские стихи. Но главное – дед Стёпа обладал даром видеть наперёд и слыл в округе ведуном.

БУДЬТЕ В КУРСЕ

Его жена, моя бабушка Ганна была из зажиточного еврейского рода Волков / Вольфов, основная часть которого в 1920-2 годах уехала жить в Америку, но после пережитых в 1941-4 годах ужасов Холокоста бабушка Ганна никогда видимо не обращалась к идиш-иудейской вере, оставаясь публично почитательницей ведизма и соблюдающей традиции православия. Она понимала, кроме ятвяжского, и русский, и польский языки, но читать и писать умела только на идиш.

Мама моего деда Василя (по линии матери) была из крымско-татарского ханского рода Бут-Гусаимов, который осел в наших краях во времена Речи Посполитой польской. А отец моей бабушки Бали / Барбары (по линии матери), мой прадед Яков Федюкович / Мейер, будучи руським человеком, был и огдемирским раввином, и инициатором построения огдемирской православной часовни, а его женой, моей прабабушкой, была дочь православного батюшки в церкви деревни Гутово, присланного в наши края из г. Владимира.

Баба Баля также была местной целительницей, но она соблюдала и ведические традиции, и основные идиш-иудейские правила, и православные праздники и посты… От неё у меня Пасха ассоциируется не только с крашенными яйцами, но и с мацой. В её доме было много православных икон, а на Хануку она зажигала свечи в семисвечнике, который прятала в сундуке в кладовке. Она же, больше других, обучала меня правилам ведических праздников, прежде всего, проводов зимы и купалья!

А в школе мне повезло иметь необыкновенную учительницу русского языка и литературы – заслуженную учительницу БССР Бэлу Яковлевну Чернобородову-Берман, дочь репрессированного завистниками руководителя тюрем СССР Якова Бермана. Она занималась со мной и у себя на дому русской литературой, она же советовала мне читать одновременно три разные книги, чтобы научиться рас-отождествляться с мыслями, идеями, взглядами.

Много хороших знаний я получил и за годы учёбы в Брестском музыкальном училище, в Белорусском государственном университете и в аспирантуре Академии наук БССР.

Во-вторых, Ятвяжское возрождение совпала с периодом моего увлечения индийской философией – Упанишадами, Ведами, учениями Гурджиева, Ошо, а также восточной литературой, которую я во многом ставил выше западной. Книги, которые оказали на меня сильное впечатление, – это «Шум волн» Кальки, «Женщина в песках» Кобо Абэ, произведения Р.Тагора…

Учения Вивекананды и Ошо помогли мне увидеть духовное в народной философии Етвязи. И желание показать миру эту духовную глубину Етвязи, которая сохранённой считалась только на Востоке, было одним из основных побудителей моих действий. Тем более, что в ятвяжском языке слово чоло означает не лоб, а макушку головы – главную / верхнюю чакру физического тела человека.

И не я один был наследником разнонациональных и разнорелигиозных традиций на ятвяжской площадке и в западнополесском диалектном обрамлении. У каждого из членов ятвяжской творческой элиты были богатые и замысловатые корни! В рамках белорусской и украинской культур, создаваемых по образцу отфильтрованной русской советской культуры, нам было тесно, и мы решили, что проявить себя максимально натурально сможем только на новой ятвяжской площадке.

Здесь назову основных представителей ятвяжской творческой элиты и основных активистов Ятвяжского возрождения – это:

– уроженец г. Каменец Александр Лукашук, работавший тогда корреспондентом республиканской партийной газеты «Звязда» (ныне он – директор радио «Свобода» в Праге);

– уроженец Берёзовского района Владимир Давидович, композитор;

– уроженец Столинщины Александр Трушко, известный писатель и редактор;

– уроженец д. Мотоль Николай Минзер, поэт;

– уроженец Берёзовского района Владимир Мшар, предприниматель;

– уроженец Кобрина Лев Козлов, профессор Минского университета культуры, заместитель председателя ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Волыни Виктор Давыдюк, тогда – первый проректор Луцкого госуниверситета, первый заместитель председателя ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Брестчины Владимир Мелишкевич, проректор Брестского госуниверситета, заместитель председателя ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец д. Достоево (родина предков М.Ф.Достоевского) Валерий Калиновский, журналист, секретарь правления ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Дрогичинщины Владимир Мещенчук, заслуженный артист Белоруссии, декан Белорусской академии искусств, член правления ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Кобринщины Георгий Антонюк, доктор истории из АН БССР, член правления ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Кобринщины Степан Давыдюк, директор Кобринской спортивной школы № 2, член правления ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Дрогичинщины Анатолий Шелест, заместитель директора Брестской школы № 21, член правления ОКО «Полiсьсе»;

– уроженец Дрогичинщины Василий Нагурный, директор Дрогичинского ПТУ, член правления ОКО «Полiсьсе».

– директор издательства «Мастацкая лiтаратура» Михаил Дубенецкий;

– космонавт Петр Климук;

– вице-премьер правительства БССР Михаил Демчук;

– первый проректор БГУ Петр Бригадин;

– заместитель отдела культуры ЦК КПБ Павла Украинец;

– известные юристы Виктор Городнюк и Петр Бартош;

– министры БССР Алексей Шахнович и Михаил Мясникович, первый заместитель министра Василий Волощук;

– депутаты ВС БССР Николай Кривецкий и Константин Сумар;

– предприниматели Иван Анташкевич и Петр Коростелев, банкир Иван Пацовский;

– профессор БГУ Адам Супрун;

– ведущие сотрудники Института языкознания АН БССР Ф.Климчук и И.Лучиц-Федорец.

Ятвяжское возрождение имеет несколько этапов.

1-й – публикация статьи Миколы Шеляговича «Голос древних балтов» (1982 г.) в белорусской газете для соотечественников за рубежом «Голас Радзiмы» («Голос Родины»).

2-й – первая в новой истории публикация стихов на западнополесском языке в минском журнале «Беларусь» (1995 г.) и выход в эфир первой полесскоязычной телепередачи, в которой рассказывалось об особенностях ятвяжской культуры, читались стихи, демонстрировался фольклор, прозвучала первая авторская песня на западнополесском языке.

3-й – создание 14 апреля 1988 г. в Минске Общественно-культурного объединения «Полiсьсе», деятельность которого охватывала не только территорию Етвязи, но и другие города Белоруссии, России и Украины, где проживали небезразличные выходцы из Западного Полесья (ОКО «Полiсьсе» заморозило свою деятельность в 1996 году);

Начало издания (с 1988 г.) газет «Балесы Полiсься» («Голоса Полесья») и «Збудiнне» («Пробуждение»). Сначала газеты выходили самиздатом, печатались в Вильнюсе (помощь в печатании газет оказывал литовский сторонник ятвягов Арвидас Закарас). А в 1990 г. Государственный комитет СССР по печати впервые в истории зарегистрировал всесоюзную полесскоязычную газету «Збудiнне», которая по подписке распространялась на территории всего СССР (Свидетельство о регистрации периодического издания за № 439 было выдано 10 октября 1990 г.).

4-й – проведение под руководством профессора А.Е.Супруна всесоюзной Западнополесской (Ятвяжской) научно-практической конференции 13-14 апреля 1990 г.;

Участие Миколы Шеляговича как представителя Западнополесской (Ятвяжской) культуры, языка и литературы на международных славянских конгрессах в Любляне (Словения) в 1991 и 1992 годах;

Проведение в 1993-5 годах на Белорусском телевидении фестивалей Западнополесской эстрадной песни «Етвызь», ставших популярными не только среди ятвягов, но и среди всех жителей многонациональной Белоруссии.

5-й – после вынужденного перерыва из Российского Тваньгоста-Калининграда в 2009-10 гг. Ятвяжское Возрождение начало свой новый этап, который теперь охватывает территорию всей исторической Ятвяжской Руси, в составе которой и юго-восточная Етвязь (в границах Республики Беларусь и Украины), и Срединная Етвязь (в границах центрально-восточной Польши), и Северная Етвязь (Калининградская область РФ / бывшая Пруссия)**.

Одним из важнейших проявлений / достижений многопланового и комплексного Ятвяжского возрождения стало формирование на базе западнополесских говоров ятвяжского литературного языка.

Примеры использования западнополесских говоров известны с 16-го столетия, когда Етвязь являлась частью ВКЛРиЖ, а Брест / Бриск был центром руськой идиш-иудейской общины. В 19-м ст. по-западнополесски свои стихи сочиняет Франц Савич, а известный драматург В.Дунин-Марцинкевич пишет знаменитую «Пинскую шляхту». Традицию Ф.Савича в начале 20 ст. продолжает поэт Микола Янчук.

Первой попыткой создания ятвяжского / западнополесского литературного языка можно назвать издание в 1907 году в Пинске ятвяжского букваря (Rusinski lemantar).

Опираясь на опыт предшественников, на поддержку профессора А.Е.Супруна и поэта Алеся Рязанова, на опыт создания славянских микроязыков, описанный профессором Тартуского университета А.Д.Дуличенко, на поддержку академика АН СССР Н.И.Толстого, космонавта СССР Петра Климука и книгоиздателя М.Ф.Дубенецкого, я решился предложить единомышленникам свой вариант литературной нормы западнополесского / ятвяжского языка, первичная грамматика которого была оформлена в виде моей дипломной работы за курс филологического факультета БГУ, а ее рецензентом был профессор А.Д.Дуличенко. Дальнейшее развитие и изучения ятвяжских говоров, и формирования литературной нормы шло в стенах аспирантуры Института языкознания АН БССР, но в силу отсутствия взаимопонимания с белорусской творческой и научной элитой закончить эту научную работу не удалось. И тогда пришлось действовать явочным порядком – на литературном ятвяжском языке начали издаваться газеты, писаться стихи и проза, исполняться современные и фольклорные песни…

Западнополесский диалектный ландшафт в основном однороден, тем не менее, одни его говоры более архаичные – прямые продолжатели руського языка (руський язык времен Ятвяжской Руси и Руськой Литвы / Великого княжества Литовского, Руського и Жемайтского), другие испытали сильное влияние идиш, прежде всего в лексике, а третьи заимствовали слова и фонетические особенности из польского языка.

Ятвяжский языковой стандарт опирался, в первую очередь, на руськие говоры Кобринского, Дрогичинского, Ивановского, Малоритского, Пинского, Жабинковского, Брестского, Каменецкого, Берёзовского и Столинского районов БССР и Камень-Каширского, Любешовского, Ковельского и Сарненского районов УССР.

В закрытых слогах под ударением «о» в ятвяжском литературном варианте читается как «и» (ыi), но допускается его прочтение и как «у» (нус), и как «уо» (нуос), и как «э» (нэс), чтобы подчеркнуть фонетическое многообразие ятвяжского языкового ландшафта.

В настоящее время западнополесские говоры на территории Республики Беларусь интенсивно утрачивают свою руськую архаичность и активно русифицируются, а на территории Украины – они не менее активно украинизируются. Тем не менее, процесс Ятвяжского возрождения окончательно не остановился: интерес к региональной истории, этнографии, культуре, духовному наследию остаётся. В плане говоров происходит их изучение филологами, особенно внимательно исследуется, фиксируется и исполняется творческими коллективами ятвяжский фольклор. Лингвист Фёдор Климчук переводит на говор деревни Симоновичи Дрогичинского района отрывки из текстов Гомера, Л.Н.Толстого, Н.Гоголя. Особенности столинского говора в своём творчестве использует писатель Александр Трушко / Алесь Наварыч.

Литературный стандарт на данный момент почти не востребован – ятвяжские газеты и книги не издаются, новые литературные произведения не известны. А вот литературное творчество 90-х годов прошлого века основательно вписалось в историю Ятвяжского возрождения.

Ны мы, а нас дорога выбырае,
сыбэ пуд ногы постылае
тому, хто вартым е jiji
и тэji мэты, до якэji jтi.

Мы самы мэту ставымо собi,
вона ля нам – загарию ростi!
Чым лiпшы мы – выжиша е вона,
а буды лiпшым – штудия одна:

бырэзына jдэ в рошчы рик од року,
ны просто jтi, а даты людюм соку;
а ля людыны правыло такэ –
роздаj дорэшты свiтовы сыбэ!

ПОЛЫШУЦЬКА ПIСНЯ

З чым зрумнеты пiсню полышуцьку?
Но з Полiсьсем. Рыхтычна – воно!
Еко дiты до батькэj пудхожы,
Так вона пудхожа до ёго!

Новиj дэнь!
Jе вытаю тыбэ
за можлывыну нову ля мэнэ
вiка буты, шо е –
одслонiннем заслоны того,
шо jмынуjiмо мы нывыдомым!

Новиj дэнь!
Jе наравлю тыбэ
за можлывыну нову ля мэнэ
вiка буты, шо е –
пудвыжиннем над тым,
шо jмынуjiмо мы кажноднёвым!

Новиj дэнь!
Jе шаную тыбэ
за можлывыну нову ля мэнэ
вiка буты, шо е –
збудованнем самого сыбэ,
шо jмынуjiмо мы провыднённым!

Je прыjiхав в сыло свое,
Ля батькам роздаю гостынцы,
Маты кажэ: стэ во, мое
Положы дэсь на пудороэнзы.

А je ныц ныпоjнев, стою.
Пудорэнзы – а шо такое?
Шо-ж ты мову забув свою,
Забуваты jiji ныстоjiть!

З батьком врано взялы гудочкы
и на гозыро – рыбу ловыты.
Батько: гамрию – ка’ – пудтягны
Човна, ногы ныбудыш студыты.

А je ныц ныпоjнев, стою.
Шо за гамра? – в ёго пытаю.
Шо-ж ты мову забув свою,
Малограмотниj jе, а знаю!

Опочыты в садковы лег,
Розморывса: лыжу-дрымаю.
Тут хлопчек до мынэ пудбiг:
Соловэшныка хоч? – пытае.

Здывованиj з травы встаю.
Дэ вин слово такое вырыв?
Чы j направду je мову свою
Забуваю? Нывжэ? Нывiру!

Вiк од вiку сохою горалы

И косылы траву осоку,

Желы жыто, в снопочкы вjязалы,

Слалы римно ёго на току.

Важкым цiпом ёго довго былы,

Аж пыклы мозолi на руках,

На пычи тое зэрне сушылы

И рукамы мололы в жорнах.

Помытаю, ек вносыла маты

Дiжку в хату зробыты замiс,

Мынэ клала на запычку спаты,

Шоб до тiста з рукамы нылiз.

Хлiбным духом манiло по хаты,

Дiжка тыхо шыптала всю нич.

Пуднымаласа досвытком маты

Ростоплеты настудяну пiч.

И ныспав jе до самого ранку,

Всэ ворочавса з боку на бик,

Всэ кортiло дождаты сныданку –

Нич здаваласа довша за рик.

Jiсты хлiба смачнij нiж поспаты,

И за бавынкы всi высылij.

Бачу j зарэ шэ батька и хату,

Маму, пiч, свiжиj хлiб на столi.

В завершение своего рассказа и в подтверждение того, что для Ятвяжского возрождения главным было не местячковое / региональное, а глобальное, приведу свои свежие тексты из серии ятвяжских здумков.

JIТВЕЖЫ ЗДУМКЫ***

Выдунi дывjетиj дысеток лiт, вона бачыть дэ-колы нынаджано свое кэ чужое напырид. Спарнык jiji блызько двухдысытёх лiт назад одыjшоф на тоj свiт, жывэ одна, сама правыть уладкованию хатию кэ нывылыкым городом, по светоднех кэ на свята ходыть до божныцы спываты в хоровы. Здоволяна, спокиjна, добра кэ сама з собою бильшу частыну вырэмня.

Лэж ны самитна и ны нышчесна! «Биг даф вiка, во j выкую у славу Ёго», – онадiяно толкуе вона!

Выдуня е надiляна есным бачыннем кэ глубокым розумiннем, шо одкрылоса jij в днi, колы ныстало батька – выдомого выдуна / гiра, лэж вона ны з кым ныдiлыця своjiм jнетым од бога умiннем. За двадэсты остатнiх рокэj вона ны з однэю людынию нызаговорувала на духивну тэму jначиj ек в каноницькых цыркивных формуливках. Ны ля людыныны ныросповыла про тэ, шо нынаджано побачыла в jiji завтрашнёму днэвы.

Наша говирка на гэту тэму була нынадяна ля мынэ. Спытаф jiji:

– Вам ные самитно? Вам ныхотiлоса подылытыса з людыною своjiм умiннем кэ вiданнем?

Одповыла:

– Ны самитно, бо jе з духом святым, jе з есным бачыннем кэ глубокым розумiннем вiка кэ людэj. Самота бувае оно покамысь ты еш быз духа, а стафшы есно бачыты кэ глубоко розумiты, ты вжэ нымогчимыш хотiты гынчого за тэ, шо в тыбэ е! А дылытыса з людьмы, колы воны мынэ ныпросять, колы воны нытылэвлять, шо просыты, е марнэ дiло – воны нывтылэвлять и ныпрыjмуть. Jе чую, чым дыхають навколышны людэ, и мнi е зрозумiлым, шо стэ покамысь ные ля jiх, Алы мое вмiнне ныпропадэ – воно, гды ны за вiка мого запотрибыця тым, хто е готовым зрозумiты и попросыты, то в годыны смэртi мэji пырыjдэ до того, хто на тую пору поспiе…

И крохы помовчефшы, выдуня додала:

– А покамысь ля мнi мусово и радосно – ныстi духа в собi и браты ля сэбэ гэту божу мылость – есно бачыты кэ глубоко розумiты!

ЯТВЯЖСКИЕ ЗДУМКИ

На Етвязи сохранились реликты мировоззренческого, а не религиозного, ведизма.

На Етвязи роль религиозных систем в последние столетия играли, прежде всего, идиш-иудаизм и разновидности христианства. А ведическое мировоззрение, не претендующее на общественный – религиозный – статус, сохранялось и развивалось, в основном, в виде понятийных реликтов, которые отсутствовали в бытовавших религиях и были даже не понятны им.

Носители ведического мировоззрения на Ятвяжской Руси – ведуны реально оценивали уровень духовного развития своих земляков идиш-иудейской и христианских общин и не шли на разрушение их «воздушных замков», наоборот, они помогали им в качестве своеобразных чрезвычайных психологов.

Форма / сумма реликтов ведизма, сохранившегося на Брестчине и на соседних территориях своеобразна, но мало описана: она передаётся от человека человеку, от ведуна / гира взрастающему ведуну / гиру.

Ведизм на Востоке, прежде всего в Индии, сохранён более масштабно и системно. Тем более, что он там получил развитие и в виде коренных ведических религий – индуизма, даосизма, буддизма…

Но глубинная суть ведического мировоззрения, сохранившегося и на Ятвяжской Руси, и на Востоке, – единая! И там, и там высшей точкой постижения ведизма является достижение нирваны! На Етвязи и у этого блаженного состояния человека есть свой руський термин – самота (с ударением на первый слог).

** Калининградская область: от Ятвяжской Руси до наших дней. https://regnum.ru/news/society/2224266.html

1. Толстой Н.И. Новый славянский литературный микроязык. Res philological. Филологические исследования. Москва, Ленинград, «Наука», 1990.а – С. 265-272.

2. Шевченко К. Кризис идентичности и возникновение альтернативных этнических идентичностей у восточных славян: полешуки в Белоруссии // Белоруссия и Украина: История и культура. Ежегодник 2005/2006. — Мн.: Просвещение, 2008. — С. 318–342.

3. Цадко О. Полесье и опыт национального конструирования (1988–1995) // Палітычная сфера. Гісторыя і нацыя №24 (1), 2016. — C. 78-93.

5. Микола Шелягович. У нашего дела — космический знак // Уліцёнок А. Л. Іншадумцы// Прадм. В. У. Быкава. Мн., Беларусь, 1991. С. 123—146.

6. Аформілася і супрацьлежная партыя. Лідэры Таварыства Беларускай Мовы Ніл Гілевіч, Яўген Цумараў і Алег Трусаў (вось дзе гняздо беларускага фундаменталізму) узначалілі фронт змагання супраць «яцвяжскага сепаратызму» на старонках «ЛіМу», «Нашага Слова» і ў Вярхоўным Савеце, і «Збудінне» кляйміла іх выступы як «провокашыны лытвынських шовыныстив». Паэт Мікола Федзюкевіч усхвалявана выкрываў, што ягоныя дарагічынскія дзядзькі яцвяжскай мовы не разумеюць і што «асаблівую насцярожанасць выклікалі ў палескіх хлебаробаў наступныя радкі. Дынько А. Найноўшая гісторыя яцвягаў. ARCHE// № 6 (11), 2000.

7. Рух «новаяцвягаў» сапраўды можна разглядаць як спробу рэалізацыі нацыятворчага праекту, а можна — як маштабную палітычную інтрыгу ці ўмелую правакацыю КДБ супраць беларускага і ўкраінскага нацыянальна-вызвольных рухаў. Маўляў, як Малдове стварылі Прыднястроўе, так тутака хацелі стварыць Яцвязь. Дынько А. Найноўшая гісторыя яцвягаў. ARCHE// № 6 (11), 2000.

Источник

Читайте также:  Русский язык шестого класса ладыженская
Ответы на самые частые вопросы пользователей рунета
Добавить комментарий

Adblock
detector